Просмотр выставки

«И звезда с звездою говорит...»
(М. Лермонтов и С. Есенин)

Виртуальная выставка, посвященная 200-летию со дня рождения М. Лермонтова

С.А. Есенин и М.Ю. Лермонтов – два поэта, проживших очень короткую, но яркую и насыщенную событиями жизнь. Лермонтова Сергей Есенин знал и любил с детства. Стихи поэтов-классиков с первых лет жизни сопутствовали С.А. Есенину. По воспоминаниям его сестры Александры Александровны их мать Татьяна Федоровна часто пела детям «переложенные на музыку стихи Пушкина, Лермонтова, Никитина», а друг Есенина Николай Калинкин замечал, что в их школьной библиотеке были книги «Пушкина, Гоголя, Тургенева, Некрасова, Лермонтова, Толстого». О том, что любимым произведением Есенина была поэма «Мцыри» Лермонтова и о том, что эту поэму он знал наизусть, упоминает в своих воспоминаниях Николай Сардановский. В автобиографии 1924 года сам Сергей Александрович признавался: «Из поэтов мне больше всего нравился Лермонтов…». Ранние юношеские стихи Есенина во многом написаны под влиянием Лермонтова.

Виртуальная выставка из фондов Московского государственного музея С.А. Есенина раскрывает духовные, творческие связи двух великих поэтов.

На выставке неслучайно представлены лежащими рядом публикация стихотворения М.Ю. Лермонтова «Тучи» и рукопись С.А. Есенина «Звезды». Оба стихотворения представляют собой диалог со Вселенной, попытку через внешний мир разгадать свою собственную судьбу. Стихотворение «Тучи» было написано Лермонтовым накануне отъезда на Кавказ (отъезд это был принудительный, ссылка). Обращаясь к тучам, («Тучки небесные, вечные странники!») лирический герой Лермонтова сравнивает свою несчастную участь с их уделом – быть «вечными странниками»:

Мчитесь вы, будто как я же, изгнанники
С милого севера в сторону южную.

В процессе разговора с «тучками небесными» автор осознает причину своих несчастий, свое отличие от этих «вечных странников»: лирический герой обладает пылкой, страстной душой, тучам же «чужды» «страсти» и «страдания». В данном стихотворении природа, Вселенная предстает равнодушной, «холодной», не способной понять горе поэта – его разлуку с родиной.

В стихотворении «Звезды» лирический герой Есенина, как и герой Лермонтова, ведет разговор с природой, Космосом, Вселенной. Обращаясь к звездам, («Звездочки ясные, звезды высокие!») он пытается познать загадочную, поэтическую красоту окружающего мира, «мысли глубокие», «силу великую знания жгучего» и одновременно предчувствует свою творческую судьбу, надеясь «прочесть» свой «жребий» по небесным светилам.

Традиции Лермонтова чувствуются в образном осмыслении Есениным чувства родины, патриотизма, любви и дружбы. Через столетие два поэта вели творческий диалог и на философские темы: размышляли о смысле жизни, скоротечности бытия, о ценности каждого мгновения жизни.

Как истинный поэт-пророк каждый из них предчувствовал свою раннюю кончину, но был полон страстного желания жить и творить.

Я хочу жить, жить, жить,
Жить до страха и боли…
(С.А. Есенин)

Я жить хочу! хочу печали
Любви и счастию назло;
Они мой ум избаловали
И слишком сгладили чело.
(М.Ю. Лермонтов)

В поэтическом мироощущении С.А. Есенина и М.Ю. Лермонтова определяющим является чувство родины, «странная» любовь к России, любовь, вступающая в противоборство с логикой и разумом:

Люблю отчизну я, но странною любовью!
Не победит ее рассудок мой.
<…>
Но я люблю – за что, не знаю сам –
Ее степей холодное молчанье,
Ее лесов безбрежных колыханье,
Разливы рек ее, подобные морям…
(М.Ю. Лермонтов)

Как бы я и хотел не любить,
Все равно не могу научиться,
И под этим дешевеньким ситцем
Ты мила мне, родимая выть.
(С.А. Есенин)

Но люблю тебя, родина кроткая!
А за что – разгадать не могу.
(С.А. Есенин)

И С.А. Есенин и М.Ю. Лермонтов осмысляли служение поэта как пророческое, как растрату своих душевных сил. Трагическое положение поэта-пророка М.Ю. Лермонтов осмысляет в стихотворении «Пророк»:

С тех пор как вечный судия
Мне дал всеведенье пророка,
В очах людей читаю я
Страницы злобы и порока.
Провозглашать я стал любви
И правды чистые ученья:
В меня все ближние мои
Бросали бешено каменья.

Сергей Есенин очень любил книги ветхозаветных пророков (Исайи, Иеремеи), многие отрывки знал наизусть и подчеркивал совпадение пути поэта и пророка. Рисуя в 1912 году возвышенно-романтический, трагический образ поэта в одноименном стихотворении, С.А. Есенин обращается к лермонтовской традиции.

Тот поэт, врагов кто губит,
Чья родная правда мать,
Кто людей, как братьев, любит
И готов за них страдать.
Он все сделает свободно,
Что другие не могли.
Он поэт, поэт народный,
Он поэт родной земли!

Еще раньше, в 1910 году, обращаясь к теме «поэт и мир», «поэт и толпа», Сергей Есенин передает трагическое положение поэта через его внешний облик, бытовую обстановку. Создается романтический образ отверженного людьми гения-мечтателя, образ, который был популярен в начале XIX века и частично был воспринят творческим сознанием М.Ю. Лермонтова:

Он бледен. Мыслит страшный путь.
В его душе живут виденья.
Ударом жизни вбита грудь,
А щеки выпили сомненья.
Клоками сбиты волоса,
Чело высокое в морщинах,
Но ясных грез его краса
Горит в продуманных картинах.
Сидит он в тесном чердаке,
Огарок свечки режет взоры,
А карандаш в его руке
Ведет с ним тайно разговоры.

Избранничество, поэтический талант – не только и не столько небесный дар, но прежде всего тяжелый крест поэта, обреченность на непонимание, одиночество. Мотив одиночества – один из центральных мотивов поэзии М.Ю.Лермонтова и С.А.Есенина. Оба поэта ощущают себя странниками на этой земле, гонимыми своими близкими.

Нет, я не Байрон, я другой,
Еще неведомый избранник,
Как он, гонимый миром странник,
Но только с русскою душой.
(М.Ю. Лермонтов)

Не за свою молю душу пустынную,
За душу странника в свете безродного…
(М.Ю. Лермонтов)

О, привет тебе, зверь мой любимый!
Ты не даром даешься ножу!
Как и ты – я, отвсюду гонимый,
Средь железных врагов прохожу.
(С.А. Есенин)

Не вернусь я в отчий дом,
Вечно странствующий странник.
(С.А. Есенин)

Конфликт «поэта» и «толпы», невозможность «толпы» оценить духовное богатство поэтов, их душевную чистоту, обрекает лирический героев Лермонтова и Есенина на одиночество.

Как страшно жизни сей оковы
Нам в одиночестве влачить.
(М.Ю. Лермонтов)

Я один у окошка,
Ни гостя, ни друга не жду.
(С.А. Есенин)

Однако мотив странничества связан не только с бесприютностью поэтов, но и с постоянным поиском идеала, «страны нездешней», «звука высоких ощущений».

И долго на свете томилась она,
Желанием чудным полна;
И звуков небес заменить не могли
Ей скучные песни земли.
(М.Ю. Лермонтов)

Душа грустит о небесах,
Она не здешних нив жилица.
(С.А. Есенин)

Постоянный поиск является определяющим мотивом и любовной лирики поэтов. Неизменно тоскуя о близкой, родной душе, лирические герои М.Ю. Лермонтова и С.А. Есенина создают образ идеальной возлюбленной, навеянной воспоминаниями давно ушедшей, светлой любви или даже любви, существующей только в поэтическом пространстве творчества.

Когда порой я на тебя смотрю,
В твои глаза вникая долгим взором:
Таинственным я занят разговором,
Но не с тобой я сердцем говорю.

Я говорю с подругой юных дней,
В твоих чертах ищу черты другие,
В устах живых уста давно немые,
В глазах огонь угаснувших очей.
(М.Ю. Лермонтов)

И создал я тогда в моем воображенье
По легким признакам красавицу мою;
И с той поры бесплотное виденье
Ношу в душе моей, ласкаю и люблю.
(М.Ю. Лермонтов)

Не тебя я люблю, дорогая,
Ты – лишь отзвук, лишь только тень.
Мне в лице твоем снится другая,
У которой глаза голубень.
(С.А. Есенин)

Светит месяц. Синь и сонь.
Хорошо копытит конь.
Свет такой таинственный,
Словно для Единственной –
Той, в которой тот же свет
И которой в мире нет.
(С.А. Есенин)

Бесценной реликвией фондов Московского государственного музея С.А.Есенина является фрагмент страницы Книги посетителей Лермонтовского домика-музея в Пятигорске с записью рукой Есенина (от 9 августа 1920 года). Во время своего путешествия на юг России с А.Б. Мариенгофом Сергей Есенин посетил дом в Пятигорске, в котором М.Ю. Лермонтов прожил последние два месяца своей жизни и куда его уже мертвого привезли с места дуэли. Кавказ привлекал С.А. Есенина не столько своей красотой, сколько его художественным изображением в произведениях русских классиков: А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова. В письме к Е.И. Лившиц (11 августа 1920 года) он пишет: «…глядя из окна вагона на эти кавказские пейзажи, внутри сделалось как-то тесно и неловко. Я здесь второй раз в этих местах и абсолютно не понимаю, чем поразили они тех, которые создали в нас образы Терека, Казбека, Дарьяла и всего прочего. Признаться, в Рязанской губ. я Кавказом был больше богат, чем здесь…». В стихотворении «На Кавказе» С.А. Есенин признается, что места эти священны для него, потому что здесь бывали великие русские поэты, в первую очередь – М.Ю. Лермонтов.

И Лермонтов, тоску леча,
Нам рассказал про Азамата,
Как он за лошадь Казбича
Давал сестру заместо злата.
За грусть и желчь в своем лице
Кипенья желтых рек достоин,
Он, как поэт и офицер,
Был пулей друга успокоен.

Воспоминание о трагической гибели Лермонтова пробуждают в душе лирического героя С.А. Есенина мысли о своем собственном конце:

А ныне я в твою безгладь
Пришел, не ведая причины:
Родной ли прах здесь обрыдать
Иль подсмотреть свой час кончины!

Оба поэта ушли из жизни в очень молодом возрасте: М.Ю. Лермонтов был убит на дуэли в 27 лет, а С.А.Есенин трагически погиб после своего тридцатилетия. В памяти потомков они остались навечно молодыми и молодыми обрели бессмертие.

Просмотр выставки
Вверх